Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
18:44 

На грани сна

Мори Сэйдзюро
Что-то с чем-то
продолжаю пробовать этого персонажа. Хотя пока еще до книги, в которой он будет, я не добралась, и эти эпизоды вряд ли будут в основной книге. Так что, можно сказать, эксклюзив)

Интересно, сейчас день или ночь? Весна, а может быть, уже наступила осень, и деревья роняют листья, позолоченные временем и самой природой.
Я этого никуда не узнаю, ведь люди не всегда видят во снах то, что творится снаружи. И все же хотелось бы хоть раз глянуть на мир не через призму сна. А ладно, что толку травить душу несбыточными мечтами.
-ты снова вернулся?
Я кивнул, садясь в кресло, которое появилось по моему желанию, полыхнув сиреневыми искрами. В руке уже бокал с вином. Очередное воспоминание о моей родине. Не могу ничего с собой поделать, хочу помнить хотя бы вкус, цвет, ощущения. Или я только придумал их себе? А ладно
-А тебе какое дело? - я приподнял бокал, наклонив его и любуясь осадком я багровой жидкости. Как-будто кровь
-Ну как бы... я лицо несколько заинтересованное. Это же мой сон.
-и что? - вкрадчиво спрашиваю, делая глоток и смакуя вкус, - а я — король сновидений. Захочу, и ты никогда не проснешься. Пожелаю, и сон будет прекраснее жизни. Хочешь? Попроси хорошенько, я подумаю, стоит ли тебе помогать
-Ты просто издеваешься, - говорит спокойно, словно и не обиделся.
-Думаешь? А что мне остается.
Я поднялся, и кресло исчезло оставив лишь сиреневый след сияния.
-Все равно я скоро умру, так какая разница. Ты же не думаешь, что я буду вечно терпеть твои измывательства.
-Сон это лишь младший брат смерти. Не задумывался об этом? Ты можешь никогда не проснуться, вот и все. И тогда будешь терпеть меня вечно.
По губам скользит отрешенная улыбка. Что я говорю? Словно в старые добрые времена, когда моего острого языка боялись все. Создатель репутаций - вот кем меня назвали. Стоило мне сказать о ком-то всего одно слово, и его репутация могла взлететь до небес, или же рухнуть в глубины народного мнения. Прошу прощения, придворного мнения. Этот человек безвкусно одевается — говорил я, и над его одеждой смеялись, даже если он был элегантен. А этот остроумен, - добавлял я. И каждое его слово попадало в альбомы экзальтированных девиц.
Да, я был ужасен, и меня боялись. Боялись и ненавидели.
Солнце оно такое- одно на всех, оно не делает скидок, кем бы ты не был. Даже если ты богатый, знатный, оно не подарит тебе больше тепла, чем бедняку. Но и несчастья приносит с таким же равнодушием. Жаркое в гневе,сжигающее весь урожай на корню .а порой и людей. Солнце нельзя однозначно назвать хорошим или плохим.
Оно есть, и без него нельзя.
Когда отец окрестил меня так, назвал в честь солнца, он надеялся, чтобы я буду светить при дворе, достигну невероятных высот. И стану другом его высочеству, которое дорастет до его величества. Все так и вышло. Я добился всего, о чем мечтал мой отец. Я стал другом королю, которого прозвали бешеным. Я был в центре внимания, и меня оклеветали. Я дарил всем свое внимание независимо от ранга и богатства. И меня возненавидели.
Не думаю, что он хотел именно этого.
-Солей де Шале, я прав? Ты как-то представлялся мне. И ты говорил, что перепутал меня с одним человеком. Но я не тот человек, я просто похож. Теперь ты оставишь меня в покое? Или мне нужно еще что-то сделать
-А ты боишься.
Я прошел по черно-белым плиткам кафеля. Как элегантно. Этот человек выглядит породистым, неудивительно, что я так ошибся. Но если он считает, что я просто так возьму и уйду, то ему придется изменить свое мнение. Я не оставлю этого места.
Я хочу верить, что вернулся в прошлое. Даже если буду знать, что неправ.
-Конечно, я боюсь. Ты ведь не знаешь, что это такое, когда ты на грани смерти. Ты всего лишь фантом. Существо из другой плоскости реальности. Придуманное, быть может, моим воображением. Так что ты можешь знать о таких вещах
-Я был человеком. А ладно, что уж там, даже таким как я, хочется порой выговориться. Тем более что ты никому не расскажешь
Я иду по плиткам, а рассерженная память атакует мое сознание. Шаг, снова шаг. Еще один. Движение руки и все меняется. Перед нами бескрайние земли. Это Пуэльос, моя страна. Моя родина. Место, где мне дали жизнь. Но не то место, где ее отняли. А рядом Тарок, огромная страна, с которой у нас вечные войны. С другой стороны горы. За ними живут дикие племена, которые верят в богов зверей. Они верят в то, что ягуар воплощение солнца, и его нельзя убивать.
Или солнце покарает.
Примитивные люди. Но эти люди постоянно атаковали нашу страну, уводили людей, забирали еду и урожай, разоряли деревни. Сам Шарль возглавлял карательные походы. И каждый раз появлялись новые лидеры.
В такие дни я оставался в столице, чтобы не дать кому-то особо предприимчивому сесть на трон.
-Подумать только, как это звучит — я был человеком. И я умер. А умирать не так уж страшно. Если быть точным, страшно первые мгновения, а потом все становится другим. Но если бы я тогда прикусил свой язык и забыл о своей гордости, этого бы не стряслось.
И я бы не бросил короля. Получается, я ег овсе же предал, оставив одного с этими змеями в лице придворных. Но что сделано, то уже не исправить.
Во всяком случае, не мне.
Я вспомнил шамана. Он казался таким смешным в своих тряпках, обшитых хвостами животных, какими-то черепами мелких животных и перьями. Я тогда, помнится, сделал замечание о его убожестве. Громкий смех был мне ответом. Забавно — когда я шутил, смеялись все. А когда пришло время отвечать за свои ошибки, я остался один. И смеялись уже надо мной.
-Солнце вашего двора должен поехать с нами. Только так мы согласны не нападать.
Обещал шаман. Я ему не верил. Черт возьми, я полагал, что придворные промолчат, и я бы тогда убедил его величество.
Он был моим другом, и не стал бы отсылать меня. Кому хочется остаться одному. Но эти придворные. Они доказывали, что так будет лучше для всех. Всего миг слабости, и от меня избавились.
-Ты вернешься, Солей, обещай мне. Я буду ждать тебя и сражаться здесь самостоятельно. Но ты должен вернуться, я верю лишь тебе.
-еще бы я не вернулся, Шарль. Или ты полагаешь, что я позволю этим дикарям меня убить? Да они даже одеваться толком не умеют. Выглядят, как животные. И пахнут соответственно.
Я бодрился. Но никто не знал, какова жизнь этих дикарей. Я боялся, что меня заставят есть печень, участвовать в жертвоприношениях. Или просто запрут в клетке, словно дикого жверя. Того самого ягуара, которого они обожествляли.
И я говорил все, что угодно, лишь бы его величество не волновался.
-Тогда, мы оба не умрем. И утрем нос всем этим придуркам из высшего общества.
-Согласен

Но мои недруги знали, что мой вспыльчивый нрав вкупе с моим острым языком не дадут мне шанса на выживание. Они вычислили почти все. Да, сначала все шло не так уж и плохо. На самом деле, даже лучше, чем я представляло себе. Меня считали воплощением того самого ягуара, и остерегались трогать. Я мог ходить где угодно. Меня даже не сопровождали. Видимо, полагали, что горы надежно скроют выход от меня. Но я бы рискнул, даже несмотря на то, что не знал горы. И все же что-то меня останавливало.
Наверное, кто-то бы сказал, что это был рок.
Я оставался в этом Мессией забытом месте, испытывал судьбу и ругался с шаманом. Вождь не вмешивался. Ему хватало того, что божество, то есть я, было здесь и помогало его народу. Пусть даже не сознательно, а лишь своим присутствием
-На самом деле, я не хотел убивать этого шамана. Даже не помню, что меня подвигло на этот грязный поступок. Мы с ним постоянно ругались, точнее, это я с ним ругался. А он сам просто игнорировал все сои словесные выпады. И я разозлился. Из-за какой-то мелочи, на самом деле. Подумать только, эти дикари не знали, что такое ванная. Они купались раз в год и то по великим праздникам.
-Они убили тебя, хоть ты и был ягуаром?
Он не улыбается. Я тоже серьезен.
-Они, можно сказать, нашли лазейку. Меня, так сказать, решили вернуть солнцу. И подвесили на кресте. Долгая и учительная смерть под палящими солнечными лучами Как этидикари радовались
И вновь мимолетная улыбка по губам.
-Страшно было, наверное
-Не буду врать — страшно.
А страшнее было лицо умирающего шамана. Я спохватился, что душу его лишь после того, как все стало необратимо. И тогда он явился мне во сне.
Ты никогда не обретешь покой, ягуар, сын солнца, - сказал он тогда, - ты никогда не сможешь вырваться в реальность, и уйти от реальности. Ты не вернешься на небо к солнцу и не сможешь войти в новую жизнь. Вечный сон и вечные скитания станут твои уделом. Запомни хорошенько, что нельзя злить тех, кто владеет знанием.

Вот так все и получилось
-Знаешь ка что, приятель, - фамильярно заметил я, махнув рукой, - хочешь, оствайся здесь. Как только придет время. Я тебя отпущу. Ты мне чем-то симпатичен
-Тем, что похож на твоего друга?
-Тем, что не ноешь в такой ситуации
-А ты ныл?
Я неожиданно рассмеялся. Смех гулко прокатился по залу, теряясь в черных коридорах. Давно я уже не пытался смеяться. Странное ощущение. Но мне определенно нравится. Пожалуй, если удастся, надо будет повторить
-Нет, я ругался так, что мне до сих пор бывает стыдно
Я щелкнул пальцами. Вспышка, сиреневые искры, и зал превращается в поле с цветами и солнцем. Надоела эта серая муть, хочу света и тепла. Хочу природы.
И еще — задержаться подольше в этом сне.
А там — новое путешествие и новые встречи.
Кто знает, может и та, которую я жду?

@темы: Солей де Шале, писательское, этюды

URL
   

Пылающий меч

главная